Warning: A non-numeric value encountered in /var/www/u0496523/data/www/anturaj.com/wp-content/themes/Divi/functions.php on line 5841

Warning: call_user_func_array() expects parameter 1 to be a valid callback, function 'et_divi_add_customizer_css_fix' not found or invalid function name in /var/www/u0496523/data/www/anturaj.com/wp-includes/class-wp-hook.php on line 286

В начале мая, спустя месяц после возвращения из полугодового турне по Юго-Восточной Азии мы решили, что лета нам достаточно и пора бы затронуть и зимние аспекты бытия. И вот, 16-го числа самолет Ту-134 вылетел из аэропорта Шереметьево, везя на своем борту в числе прочих пассажиров меня, Инну-Арманди, а также двух замечательных людей — Ваню с дочкой Катей. Без особых приключений добравшись сначала до заказанного еще в Москве такси, а затем и до утопающего в весне Терскола, мы разместились в девятиэтажке.

Кафе Ай на ЧегетеПервая же вылазка в поселок показала — народу никого! Снег на улицах не лежит, с гор никто не возвращается, все заведения закрыты, а Купол так и вовсе стал магазином. Делать нечего, отправились ужинать на поляну Азау, где за ритуальным набором из жаубаура и хычинов с сыром, с огорчением узнали — канатка закрывается на ремонт, и в следующий раз заработает только к выходным, кои наступят аж через пять дней.

Однако, к нашей радости продолжал функционировать Чегет, на склоны которого мы и поехали утром следующего дня. Снег выше первой очереди — везде, хотя и большей частью мокрый и желтый. Откатав в таких условиях пару часов, мы поняли, что здесь делать вообще-то нечего и пора пойти куда-нибудь подальше. Например, к Доллару.

Спуск по нему оказался многократно интереснее огибания бугров — первым делом мы всполошили небольшую, но громкую лавинку, затем последовала эпопея с продиранием сквозь чащи и гущи, и под занавес мы вышли к бурному Баксану, напрочь забыв, где именно располагается мост через него.

Впрочем, на тот момент ничего более интересного на Чегете произойти уже не могло, а потому в среду мы решили, что неработающая первая очередь канатки на Эльбрусе нам никак не помеха, и выдвинулись пешком вверх до второй. Камни сменялись проточными ручьями, те, в свою очередь, снегами, пекло майское солнце, и все бы ничего, если бы не было так тяжело идти. Битых три часа мы с досками за плечами и в сноубордических ботинках покоряли столь непримечательную высоту в 3000 метров над уровнем моря. Но, к счастью, не зря — вторая очередь и правда работала, а на Мире так и вовсе стоял в ожидании ратрак, весело и быстро поднявший нас до Приюта.

Чегетские красотыПристегнув кто доски, кто лыжи, мы помчались вниз, по самым что ни на есть белым полям, мимо сказочного цвета ледников, нарезая такие дуги, что сердце готово было выпрыгнуть от радости, если бы оно, конечно, умело делать такие трюки! Спустившись еще пару раз по все тем же изумительным склонам, мы решили, что вниз в таких условиях идти смысла никакого, и заночевали прямо не отходя от кассы, в бревенчатых комнатах свежепостроенного отеля «Кругозор».

Весь следующий день был вновь посвящен катанию по полям, с небольшими, всего-то в пару часов, перерывами на пешие походы от Мира до Гара-Баши. К вечеру ближе ноги значительно подустали, и стало ясно — пора спускаться в Терскол. До полей дойти сил уже практически не было, поэтому мы выбрали иной маршрут, проходящий ровно под опорами электростанций. И то ли в них было дело, то ли яма энергетическая перед днем рождения дала о себе знать, но так или иначе в одном из уклонов я со всей дури угодил в лавину. Небольшую, меньше чем по колено, но вполне достаточную, чтобы понять, что это значит, когда доска уходит под катящиеся вниз валуны и неумолимо тащит тебя туда же. Кое-как выбравшись сначала из одного языка лавины, а затем и из второго, я чуть было не попал на продолжение банкета, едва не слетев на камни с высокого карниза, но на этом, слава богу, неприятности в тот день закончились.

На пятницу же выпал мой некруглый юбилей, и мы всем составом под руководством встреченного на днях Генныча отправились на чегетскую Балду дабы затяжным спуском отметить это достойное событие. Шли долго, часа 2, то проваливаясь в глубокий снег, то карабкаясь с проворством медведей по преграждающим дорогу валунам. Наконец справа открылся во всей своей красе Эльбрус — мы на месте. Пристегиваемся и чередой долгих спусков по южным склонам с перерывами на тосты за здравие оказываемся в совершенно фантастическом месте. Замерзшее озеро, окруженное чашей гладких склонов, реки, журчащие в проталинах, гул лавин, непрерывно сходящих с Семерки. И вокруг никого кроме нас на многие километры. Именно так мне и стукнул четвертак.

С чего начинаются рекиСо слегка звенящей после вчерашних продолжительных возлияний головой, 21-го мая мы вновь отправились с Геннычем изучать радости фрирайда. На этот раз, к перевалу Эхо Войны, благо канатку на Эльбрусе к выходным все же запустили. Краткий инструктаж о методах передвижения по полному опасных трещин весеннему леднику, и мы покатились. Аккурат по тем самым полям, на которых мы нарезали дуги несколько дней назад. Через несколько минут ехать было уже нельзя — мешал контруклон, и мы, обвязавшись веревкой, пошли пешком по отнюдь не пологому склону, с другой стороны которого зияла громадная белая воронка с многочисленными лавинными языками. Обойдя ее, мы оказались ровно в том месте, на которое с восхищением смотрели пару дней назад с веранды отеля «Кругозор» — это и был перевал.

На спуске же красоты проносились невиданные — то водопад, дающий начало Баксану, стремительно ронял свои крупные слезы в исчезающую под снегом воду, то камни с грохотом прыгали по склону, напротив которого огромной шапкой нависал небесного цвета ледник, то разноцветные ручьи сливались в одно целое, с шумом несущееся за горизонт, к белым пикам дымящихся вдалеке гор. И совершенно было неважно, сколько часов у нас занял подъем по сравнению с несколькими минутами движения вниз — здесь, в этом месте, времени попросту не существовало…

Увы, уже утром следующего дня оно заговорило о себе вновь. Ване с Катей пора была возвращаться в Москву, Генныч тоже собирался вот-вот укатить в ту же сторону, и лишь только у нас впереди было по крайней мере недели две.