Warning: A non-numeric value encountered in /var/www/u0496523/data/www/anturaj.com/wp-content/themes/Divi/functions.php on line 5841

Warning: call_user_func_array() expects parameter 1 to be a valid callback, function 'et_divi_add_customizer_css_fix' not found or invalid function name in /var/www/u0496523/data/www/anturaj.com/wp-includes/class-wp-hook.php on line 286

Маршрут Внешней Коры вокруг одной из самых священных гор мира — Кайлаша (он же Кайлас), протяжённостью 55 км., начинается от пос. Дарчен и идёт на высотах 5000-5700 метров, через несколько заснеженных перевалов и бурные потоки рек, срывающихся с ледников Кайласа. Многие паломники проходят его за одни сутки, успевая отдать дань всем святым местам и не погибнуть от холода и голода раньше срока. Некоторые даже повторяют его ежедневно, в течение месяца. Фанатики веры совершают Кору ползком.

Не менее 3-4х недель требуется им, чтобы подобно гусенице оползти священную гору. Но их немало на маршруте Коры.

Кстати, первый белый человек, рискнувший совершить Кору вокруг Кайласа, швед Свен Хедин, смог сделать это только едучи на яке верхом. Но, по местным меркам, такой способ не засчитывается за паломничество. Потому и идут все паломники пешком: мужчины и женщины разного возраста, дети, здоровые и инвалиды, бедные и не очень. Буддисты — крутя в руках свои неизменные молитвенные барабанчики. В них находится туго скрученный рулон со священными текстами. Считается, что при вращении барабанчика молитва сама уходит прямиком в небо от любого неграмотного тибетца. Часто в руках у них можно увидеть бронзовые ваджра и конхо. Ваджра — это основной символ ламаизма, своего рода ритуальный скипетр. Он изображает пучок скрещенных молний, разрушающих невежество и указывающих на алмазную твёрдость буддизма. Конхо — это небольшой колокольчик с рукояткой. Несмотря на свои размеры, конхо — основной музыкальный инструмент в Тибете. На его наружной стороне написана самая главная буддистская молитва Ом-мани-падме-хум, и ни одна монастырская служба не может быть проведена без конхо.

Джайнисты несут на запястье маленькие холщовые мешочки с чётками. Индуисты выделяются своими яркими оранжевыми покрывалами. Все серьёзно и сосредоточенно бормочут мантры. Морозный воздух далеко разносит гул голосов и шорох осыпающихся камней.

Слева на горизонте ослепительно сверкают Гималайские вершины: г.Гурла Мандата(7728м) в Китае, г.Апи(7653м) в Непале , г.Камет(7756м) в Индии. Справа тянутся высокие стены лотосообразных скал, окружающих Кайлас. Под ногами обычный серый тибетский гравий, но он не осыпался со стен. Они совсем другие: громадные, плотные стены-экраны обращены к тропе коры плоской стороной и как исполинские ширмы закрывают священную гору, будто Дюймовочку. К ней же они обращены вогнутой покатой стороной, заполненной у основания искрящимися ледниками. Скалы эти буро-розового цвета и настолько гладкие, что даже блестят в лучах восходящего солнца.

Там, где скалы-лепестки расступаются, во всей красе открываются лица Кайласа, одно за другим. Сначала пилигримы поклоняются южному, «сапфировому» лицу Кайласа и священной лестнице, уходящей к его вершине. Буддистская легенда гласит, что образовалась эта трещина на горе ещё в те далёкие годы, когда учение Будды отвоёвывало под своё крыло Тибет и его народ. Великий отшельник маг и поэт Миларепа (1040-1123гг.) своими стихами, проповедями и волшебством постоянно боролся с жрецами бон-религии. В борьбе за святыню Тибета, гору Кайлас он поспорил с Наро Бончунгом, кто быстрее заберётся к её вершине. Рано утром жрец захватил с собой большой ритуальный барабан и полез на гору. Миларепу разбудили лучи солнца, когда бонец был уже почти на месте. Поэт мгновенно взлетел по лучу на вершину и опередил соперника. В испуге тот выронил барабан, который покатился вниз и пробил в горе трещину. А Кайлас с тех пор стал принадлежать буддистам.

С этого места он смотрит на свою невесту: далеко на юге, в индийских Гималаях видна ледяная шапка уникальной круглой горы Нанда-Дэви (7816м.). Паломники останавливаются тут и начинают выкладывать на скалах пирамидки из камней. Надо сказать, что в Тибете существует несколько их видов. Пирамида из больших камней, сложенная на вершине горы, на перевале или в святом месте называется «латза» и посвящается местным божествам. Если пирамидка сложена из камней, которые паломник принёс с собой (!), то назначение её прежнее, а имя -«доче». Пирамидальные кучки из небольших камней называются «обо» и служат домиком для души верующего, когда та посещает святые места во время молитвы хозяина. А вот плоские камни, поставленные на ребро, зовутся «чедо» и значение их весьма простое: «Я здесь был!».

Многие пилигримы приносят к святым местам большие, до 10 кг.весом, плоские камни, на которых они, готовясь к паломничеству, год выбивали тексты священных мантр и молитв. Страницы таких каменных книг, лежат вдоль всего маршрута Коры, напоминая странникам постулаты их веры.

А тропа выводит далее широкую долину, называемую Дарпоче (Большой флагшток). В этом месте ежегодно проводится один из самых главных буддистских праздников,- фестиваль Сага-Дава (Фестиваль поднятия Большого флага). Некоторые считают этот фестиваль добуддистским, другие говорят, что он был основан буддистом, тибетским купцом Тшонгпонгом Норбу Зангпо, третьи — что монгольским лордом, которого в 17 в. послал в западный Тибет Далай-Лама.

Праздник этот посвящён дню рождения и просветвлению Будды Шакьямуни и проводится в полнолуние четвёртого буддистского месяца. Каждый год здесь устанавливается огромный шест, на растяжках которого крепятся тысячи цветных молитвенных флажков. На огромной каменной платформе вывешивается большая матерчатая танка (икона) с мандалой и изображением Будды. Эта платформа является важным местом поклонения. На одном из её валунов имеется глубокий отпечаток большой стопы. Его оставил Будда Чомденде («Первый победитель»), когда впервые прилетел на Кайлас со свитой из 500 архатов (святых). Другая легенда говорит, что это след Миларепы. На скалах Кайласа есть еще два отпечатка его стопы. Все три следа составляют абсолютно правильный равносторонний треугольник. Предание гласит, что этим треугольником поэт и волшебник как бы «застолбил» священную гору, когда демон Гомпо Бенг собрался было унести её в свою страну, называемую Ланка. Фестиваль только что закончился и о нём напоминает лишь шест-флагшток. Он будет стоять до следующего Сага-Дава. Если останется вертикальным, значит Боги благоволят Тибету; если наклонится — они сердятся, а если уж упадёт — надо всем ждать беды.

Неподалёку, всего в 4-х километрах от Дарпоче расположен и монастырь Селунг, являющийся воротами для Внутренней Коры. Но эти километры очень не просты. Это крутой подъём по узкому каменистому руслу пересыхающего летом ручья, на который уйдёт не менее 2-х часов.

А на Внешней же Коре, ёжась от пронизывающего ледяного ветра паломники карабкаются всё дальше по скалистой тропе. Она приводит к чортену, называемому Кангни. Путники проходят через его своеобразные врата, которые очишают душу от грехов и в благодарность лепят неподалёку из камней и снега свои маленькие чортены, и рисуют вокруг них магические знаки — сунгпо.

А неподалёку справа, на высокой плоской скале, расположено ритуальное место для так называемых «похорон на небо», называемое — Табтсун Нгабгьяй Нуртхрод.

В Тибете невозможно закапывать умерших. Даже в городах их, в специальных местах, расчленяют на части ликвидаторы трупов — рагьябы. Хищные птицы всегда дежурящие неподалёку, расклёвывают останки и, улетая, уносят их в небеса, поближе к Богам. Стоит это не дёшево, особенно если траурная церемония проводится в святых местах, поэтому тела бедняков просто опускают в реку.

На священной скале у Кангни когда-то были расчленены тела 500 архатов, помогавших Будде Чомденте («Первый победитель») отвоёвывать Кайлас у жрецов-бон религии.

Другая легенда говорит, что это плато небесных похорон 84 махасидх. (координаты начала плато со стороны Тарбоче N31,01735 E81,26427, подъём на него не прост и начинается с южной стороны).

Поэтому теперь тут расчленяют только тела больших буддистских лам и их последователей. Ведь Кайлас — место не только для живых существ, но и для духов мертвых, для которых мандала Кайласа является местом спасения.

Вокруг священного места понастроено множество мелких чортенов. Валяются куски одежды, обувь, клочья волос с головы. Таинство таких «похорон» проходит без свидетелей, тем более иностранцев. Отмолившись, паломники собирают останки чужой плоти, берут горсти песка, пропитанного кровью. Ведь всё это считается надёжными амулетами от несчастий.

На крутой скале у берега бурной Лха-Чу опять видно множество молитвенных флагов. Здесь расположена пещера святого отшельника Наро Бончунга. Высоко над ней, на высоте 4820 метров к скалам прицепился монастырь Чуку-Гомпа (Ньенри). Он построен в 13 веке буддистской сектой Кагъюпа, в том месте, где из скалы появилась и снова ушла в нее белая овца (ньен).. Около монастыря есть пещеры, где бывали гуру Римпоче и Миларепа.

Культурная революция Китая разрушила все монастыри Кайласа, и этот был восстановлен первым. Вам нужно перебраться на другой берег реки и около часа карабкаться вверх по скалам к монастырю. В его молельном зале можно увидеть святыню: стеклянный ящик с самопроизвольно появившейся беломраморной статуей сидящего Будды «Чуку Опам»(Будда безграничного света). Легенды же говорят, что это статуя Будды Амитабхи , принесенная в свое царство царем Guge из молочного озера Лахоул в Индии, после чего страж Кайласа Кангри Лхабстен собственноручно перенес ее сюда. Здесь же хранится, инкрустированная серебром, большая раковина-дунгар. Когда-то Миларепа велел индийскому йогу по имени Нагора, достать её со дна озера Маносаровар. Медитация под звуки, издаваемые этой раковиной, переносит душу в мир духов Кайласа. Рядом висит большой медный котёл для чая, в котором без огня всегда кипит вода.

В 17-м веке армия Непала напала на Тибет и забрала все три волшебных реликвии. Тогда местные духи сделали статую такой тяжёлой, что солдаты не смогли перенести её через реку и оставили на берегу. Чай в котле превратился в кровь. Раковина стала издавать звуки, от которых лопались уши. Непальцы в панике бежали, а святыни тут же сами перелетели обратно в монастырь. Внутри монастыря находятся две почитаемые пещеры. В одной из них («Пема Пуг») составлял свои религиозные тексты великий Гуру Падмасабхава, а в другой(«Лангчен Пуг») писал гимны и медитировал Миларепа. Сам монастырь окружён множеством пещер-тапуг, в которых живут отшельники. И не мудрено: отсюда открывается фантастический вид на Кайлас!

Дальнейший маршрут Коры идёт двумя тропами: как по правому берегу реки, так и по левому. Последний предпочтительней, т.к. продолжается вдоль совершенно необычайных естественных природных образований: скал, камней, гротов. И для каждого их них здесь существует чудесная легенда, связанная с первым королём-героем Тибета -Гезаром Лингом и его любимым скакуном; каждый не обходят своим внимание паломники. Заканчивается стена очередной скалы-лепестка, закрывающей Кайлас и нам предстаёт его западное, «рубиновое» лицо. И оно совершенно поразительно. В середине обеих его граней в стороны торчат два совершенно симметричних больших каменных образования, напоминающих то ли уши, то ли плавники, то ли антенны локаторов. Это самое близкое место, где маршрут Коры подходит к горе. Хорошо видна слоистость её тёмного, с красноватым отливом, тела. Эти слои чем-то напоминают полураскрытые чешуйки огромной сосновой шишки и если долго смотреть, то начинает казаться, будто они дрожат…

А напротив, на западной стороне ущелья выстроились в один ряд три скалы, называетые в Тибете бессменными часовыми Кайласа: г.Тара(5936м), г.Амитаус (6010м.) и г.Видчайя(5938м.). Они — словно огромный экран-отражатель, направленный на дрожащее западное лицо таинственной горы. Здесь второе место поклонения Кайласу, тем более что на ближайшей скале находится ещё один отпечаток стопы Будды. В этом месте паломники не редко устраиваются у прибрежных камней на привал-тсапог, для полуденного отдыха и скудной трапезы.

Тибетский халат подпоясывается кушаком так, что над ним образуется как бы большой карман-складка, называемый «амбаг». В нём пилигримы и несут всё своё имущество: небольшую деревянную чашку, мешочек с мукой жареного ячменя и пару лепёшек сухого ячьего навоза. Путники замешивают в чашке с водой немного муки и едят затем это сырое тесто, называемое «тсампа». Дров в Тибете нет, поэтому тлеющий навоз-аргал заменяет путнику жаркий костёр. Ну а вместо мягкого ложа — голые камни. Но, для них суровая Кора — не тяжёлое испытание, а долгожданный праздник.

А маршрут её идёт дальше по каньону реки Лха чу. Вверх, на перевал Тулунг(5659м) уходит крутая тропа. Где-то там лежат рядом два круглых ледниковых озера. Из одного вытекает р.Дунглунг-Чу(Бешеный як), а из соседнего р.Сенге-Кебаб. Это и есть исток великого Инда, обнаруженный когда-то Сваами Ранаванандой.

Вдоль тропы коры появились небольшие каменистые пустоши, покрытые жалкими пучками низкой бурой травы. Они буквально изрыты норами толстых и жирных местных сурков-торбаганов. Словно полисмены стоят зверьки, вдоль нашего пути, на задних лапах и по разбойничьи громко свистят. Ни животные, ни птицы Тибета не бояться человека. Буддизм запрещает убивать любых живых существ,- от мошки до буйвола.

А вереницы паломников тянутся и тянутся непрерывными колоннами по обеим сторонам заснеженных рек, текущих по дну каньона окружаещего священную гору. Эти реки замкнутым голубым кольцом охватывают Кайлас, питаясь потоками, берущими начало с его ледников. А потом их воды бегут во все четыре стороны света, усиливаются притоками, и снабжают водой половину территории всей Азии! Какую информацию несут они всему живому с вершины священной горы? Какую энергетическую силу?

Через десяток километров плавного подъёма тропа Коры выводит к месту, с которого хорошо видно северное -«золотое» лицо Кайласа. Очередные три скалы-лепестка приоткрывают его сверкающий ледяной панцырь. Чана Дордже (5750м), Ченрези(5657м) и Джампейанг(5835м) — эти горы считаются тронами небесных монастырей трёх бодхисатв, стерегущих Кайлас от духов тьмы: Ваджрапани, Авалокитешвары и Манджушри. Особо надо сказать о горе Джампейанг. Именно её тибетцы называют Малым Кайласом. Когда жрец Наро Бончунг проиграл Миларепе спор за Большой Кайлас, он стал просить у того какую-нибудь гору подле святилища, для поклонения приверженцев бон-религии. И получил для этого Джампейанг. Потому-то Кора бонцев и отличается от пути буддистов. Опровергая учение Калачакры, стараясь переломить ход естественных временных событий, приверженцы бон-учения приняли своим символом обратную, левостороннюю свастику. Потому и идут Кору в направлении против часовой стрелки. Особой тропой они идут на поклонение к горе Джампейанг и лишь затем выходят на общий с другими паломниками маршрут.

По ущельям между тремя, названными выше горами-охранниками, путник может подобраться непосредственно к ледникам сползающим с северного лица мистического Кайласа, и прикоснуться к таинственному искрящемуся льду.

Для более подготовленных — два часа подьёма по валунам морены и льду, покрывающему многочисленные ручьи, и через 4 километра можно не только подойти к северной стене Кайласа, но и, если позволит снежный козырёк над огромной трещиной между горой, и ледником, прикоснуться рукой к её мистическому телу. Дело это весьма рискованное как физически (требует обвязки и страховки), так и кармически (Никто не знает, чем Вам на это ответит Гора. У части участников наших экспедиций, после подобного эксперимента руки покрылись длительно не заживавшими язвами-коростами).

Вот рассказ одного из них: «Тропа подъёма к северному лицу проходит по берегу реки, берущей свое начало у Кайласа. Ее берега состоят из крупных валунов, идти по которым достаточно трудно. Поэтому утром, пока солнце еще как следует не пригрело и река в основном течет подо льдом, можно идти прямо по этому льду, рядом с берегом. Постепенно река превращается в небольшой ручей, и дальнейший путь уже идёт по леднику. В некоторых местах видны интересные образования — большие кристаллы изо льда, сверкающие в лучах солнца, как огромные алмазы. Встречаются камни с выбитыми на них мантрами.

Кайлас с каждым шагом приближается все ближе и ближе, и скоро занимает все пространство впереди: огромная, почти вся черная, гора, словно растущая изо льда. Пока идёшь по реке, то слышно журчание ручья подо льдом. У горы полная тишина, которую нарушают только камни, периодически падающие со склона и оставляющие в снегу ямки. Если раскопать такую снежную ямку, можно найти камень, слетевший всего несколько дней назад со священной вершины, на которой, по легендам, обитают боги. Несколько таких «камней богов» мы взяли с собой.

Между основанием Кайласа и примыкающем к нему ледником имеется трещина, шириной от 0,1 до 0,5 м, образовавшаяся, по-видимому, от нагрева горной породы на солнце. Но практически посередине северной стены через эту трещину к стене Кайласа идёт узкий, двухметровый снежный мостик: толи под ним есть скальное образование, толи нам повезло, что ещё не растаял тонкий снежный козырёк. Забыв об опасности мы идём по нему к горе…

Итак — свершилась мечта! Мы у основания Кайласа и можем дотронуться до самой священной горы Тибета своими руками! Слова благодарности за то, что нам свыше была дана возможность прикоснуться к одной из самых больших тайн, почти одновременно высказали все мы.

Переход от гестхауса занял 2 часа 45 минут, пройдено 4 км. Высота 5555 м. Над нами возвышается гора высотой 1083 м (если реальная высота Кайласа, указанная на местной карте, действительно составляет 6638 м). Ширина основания по кромке снега, измеренная лазерным дальномером, — 950 м.

Северная грань почти отвесна. Снег удерживается только на верхней части, которая имеет ступенчатую структуру, хорошо видимую при большом увеличении. На верхней части горы с северной стороны, также как и с южной, есть трещина. Только не таких больших размеров.

Прямо по центру у основания Кайласа видно каменное образование, похожее на дверь в форме огромного каменного лепестка, выдающегося верхней частью вперед. Что за ней? Как её приоткрыть?..

Само же северное основание Кайласа состоит из бетоноподобной горной породы, отдельные камни которой будто скреплены связующим раствором. Несколько таких камней мне удаётся извлечь из стены при помощи ножа.

Но вдруг, исследования и измерения отошли на второй план. Я сел на колени в тридцати метрах от горы, на которой обитают боги. Как будто какой-то вихрь образовался над головой. Этот вихрь принес вибрации, ощущаемые и на физическом плане. Все тело дрожало. Охватило чувство необъяснимой радости и света, еще более сильного, чем солнечный. Все вокруг перестало существовать в своем обычном представлении. Точнее перестало существовать мое Я. Кайлас был внутри меня. Казалось, что в таком состоянии я находился несколько часов. Но последующий анализ показаний GPS-навигатора показал остановку всего на 10 минут.

Обратный путь занял немного больше времени (3 часа 20 минут), так как пришлось идти по огромным валунам, а не по льду реки, который частично растаял, а частично стал непрочным и опасным для движения».

Паломники редко ходят описанным выше маршрутом к леднику. А уж подойти к стене Кайласа, либо прикоснуться к ней рукой — для них немыслимое святотатство! Чаще всего они идут к монастырю «Дира Пак», примостившемуся на скалах противоположной стены каньона. Для этого нужно форсировать пенистую реку Лха-Чу. С этого берега северное, «золотое» лицо Кайласа видно во всём своём великолепии. Отсюда гора выглядит не пирамидой, а совершенно симметричной полупрозрачной оливой; огромным серебряным куполом. А еще точнее — гигантской сверкающей белой жемчужиной, лежащей в оправе из трёх гладких чёрных скальных лапок- лепестков, на фоне быстро темнеющего неба.

Монастырь получил своё название от слов «дира»(рога ячихи) и «пак» (пещера). Внутри здания этого монастыря есть пещера монаха Гиелва Готсангпа. Там он молился, прося богов указать путь вокруг Кайласа. Однажды он встретил в долине реки Лха-Чу рогатую ячиху и привёл её в пещеру. Животное оказалось эманацией Кандро Сенге Донгма — женского Духа, опекуна этих горных мест, имеющего львицеподобное лицо. Но, монах не испугался и тогда ячиха показала ему тропу на главный перевал, позволяющий обойти вокруг священную гору. На потолке пещеры и сейчас видны следы от рогов ячихи и шляпы Гиелвы.

Это самый крупный монастырь в окрестностях Кайласа и в последние годы его довольно хорошо отреставрировали, а рядом построили длинный ряд из ритуальных ступ и молитвенных барабанов. Здесь нужно объяснить, что означает индийское слово ступа. По английски оно звучит, как «tomb», тибетцы чаще говорят — чёртен, и переводится, как «гробница с остроконечной крышей». На самом деле, это не всегда гробница, т.к. те ступы, в которых находятся останки умерших, тибетцы называют словом трум.

Ступа — это один из трёх главных буддистских объектов. Все детали её архитектурной композиции имеют большую смысловую нагрузку в канонах данной религии. Сами буддисты различают восемь видов ступ, но не специалисту практически невозможно их дифференцировать. Это каменный храм конической формы, посвящаемый, в основном, Буддам, бодхисатвам или архатам. Иногда она является памятником, содержащим останки святых людей, а иногда служит хранилищем для священных реликвий. Ступы могут быть небольшими, всего в несколько сантиметров, а могут представлять из себя гигантские сооружения, высотой в десятки метров; могут быть полыми, либо монолитными. (В Непале мы видели самые большие ступы в мире,-Сваямбхунат и Будданат, построенные более 2000 лет назад). Но всех их роднит коническая форма, и по сути дела, ступа — это христианский колокол, водруженный на многоступенчатый постамент.

В молельном зале монастыря Дира Пак, как и в других ламаистских монастырях множество скульптурных и рисованных изображений самых разнообразных тибетских божеств. Их не просто различать между собой, даже высокообразованным ламам. Но, всё-таки, есть несколько отличительных признаков, о которых следует рассказать:

Все святые, как и их изображения, у ламаистов называются бурханами. Они подразделяются на два основных класса: амурлингуй бурханы («мирные божества») и докшит бурханы («гневные»). Первые, в свою очередь, делятся на небесных жителей (будды, бодхисатвы и т.д.) и земных (особо прославившиеся тибетские ламы). Есть три разряда и гневных существ.

Для каждого вида бурханов у монахов-художников существуют незыбленные каноны изображения, которым они следуют неукоснительно. Например, форма лица у будд должна быть подобна куриному яйцу: круглая, постепенно сужающаяся к низу; у женских божеств-дакинь она продолговатая, как кунжутное зерно; у гневных демонов — совершенно круглая или квадратная. В специальных книгах указаны пропорции тел каждого божества, измеряемые в размерах ладони.

Все небесные божества имеют необычайно длинные уши и собранные на затылке в пучок волосы. Тело их либо обнажено, либо на его левое плечо наброшено полотно, спускающееся на нижнюю половину тела. Ноги переплетены в позе лотоса. Отличать их между собой можно лишь по ритуальным предметам, которые они обычно держат в руках, по цвету лица и волос, а для иностранцев, лучше всего — по надписи, имеющейся под статуей.

Каноны изображения Будды Шакьямуни прописаны особо и очень подробно.

Например: длина глаза равна 4-м пальцам, отверстие уха — 1,5 пальца, ключица -в 1 пядь, толщина пятки — 6 пальцев, соски — в размер ячменного зерна и т.д., до мельчайших подробностей… (так детородный орган Будды должен иметь величину, в половину его лица).

Земные «мирные» святые, это конкретные люди (Цонкапа, Падмасабхава. Миларепа, Далай-Ламы и т.д.). Их изображения различают по шапкам и одеждам, а на танках — и по картинкам из жизни.

Изображения «гневных» божеств должны внушать ужас и чувство отвращения к ним. Под этим подразумевается наше отвращение к вещам материального мира и желание освободиться от пут греховного бытия.

Все эти божества изображены пляшущими в одной из трёх поз: сладострастной, богатырской, либо ужасной. В зависимости от этого они могут быть голыми, с возбуждёнными половыми органами, держащими в руках обнажённую женщину, либо могучими и широкоплечими, с жилистыми руками, огромными когтями и клыками, попирающими ногами фантастических чудовищ, а могут держать в руках черепа, кости и оружие, выпучив глаза и оскалив ужасный рот.

Всё это имеет иносказательный смысл, т.к. то, что мы видим, — является отражением греховных страстей человека, с которыми ему надо бороться всю жизнь.

В монастырском гестхаусе Вас могут приютить на ночь за умеренную плату. Довольно примитивный бетонный гестхаус есть и на противоположном берегу Лха-чу. Здесь же можно и нехитро перекусить.

Следующий участок Внешней Коры является самым сложным для паломников. Нужно преодолеть тяжелейший высокогорный перевал Долма-Ла (5750м). Подъём к нему длится около 5 часов и включает в себя два как бы «проверочных» перевала: лишь осилив их можно решаться на преодоление самой высокой части маршрута.

Путь пилигримов становится всё трудней и трудней. Завалы из глыб льда и камней чередуются со стремительными потоками воды, форсировать которые приходится с большим трудом. Однако, они не забывают помолиться у каждого святого места, посетить каждый легендарный объект.

Вот на пути лежит «Дикпа Карнак»,- камень испытания греха. Он представляет из себя плоскую горку, с концентрическими сужениями. Неважно, толстый ты, или тонкий, но если изменял своей половине, камень не даст соскользнуть вниз. Причём Кора не снимает супружеский грех! Около камня толпятся семейные пары и их разборки далеко слышны окрест.

Вот бежит между льдов светлый незамерзающий ручеёк. Если помыть в нём руки, то можно искупить грех убийства животного. На камне рядом — отпечаток руки царя Гезара Линга. Когда-то и он смывал здесь этот, тяжёлый для буддиста грех. А справа на Кайласе громоздится массив ещё одного — «Пёлунг Глетчера». К основанию его также можно сходить, но, потеряв при этом высоту

Затем Кора выходит на скалистое пространство, камни которого пестрят кусками одежды. Это «Шива Тсал»(5330м.),- место где паломники делают пожертвования, чтобы обеспечить своей душе лёгкий переход в Бардо. Так в буддизме называется промежуточное место, где после смерти человека его душа ожидает получения нового тела. Все верующие совершают здесь «символическую смерть»: выбивают и оставляют тут свои зубы, выврывают пучки волос, делают надрезы кожи и пускают на чортены кровь, чтобы задобрить короля смерти «Шиндже». Это место считается и самым удачным для того, чтобы умереть на Коре по настоящему и совершить «похороны на небо». Многие идут сюда специально, чтобы быть расклёванными орлами, прилетающими за жертвой аж с Гималаев. Такие паломники часами лежат здесь на камнях, надеясь, что Душа оставит их тело и никто из проходящих мимо не проверяет,- жив ещё человек, или наконец-то умер…

От «места смерти» идёт тропа на перевал Гангпо Сенглам (5675м), по которой можно сократить маршрут Коры и по которой навстречу Вам идут бонцы, поклонявшиеся Джампейангу. Но, ходить по ней могут лишь те, кто уже обошёл Кайлас 13 раз. Прочим прийдётся иметь дело с львиноподобным божеством — дакиней, охраняющей эти святые места.

Но вот, наконец, начинается тяжёлый тягун на перевал, превышающий высоту Эльбруса. Всего-то двести метров по высоте, но каким же тяжёлым становится час пути к гребню горы по обледеневшему щебню. Паломникам приходится отдыхать через каждые 10-20 шагов. Они не переставая продолжают крутить свои молитвенные барабанчики и бормотать мантры. Чаще всего — «ОМ-МАНИ-ПАДМЕ-ХУМ!..»

Никто в Тибете толком не знает, что означают эти слова. Одни переводят их, как гимн Падмасабхаве («Слава тебе, о лотосорождённый»), другие считают, что каждая буква этого загадочного словосочетания является первой буквой одной из 14 главных буддистских молитв. Произнося его, паломник как бы читает все эти молитвы одновременно. Есть версия, что эта мантра является древней формулой-заклинанием для перехода в Мир духов; надо лишь уметь придавать голосом особые звуковые вибрации при её произношении. Но, она действительно помогает идти вверх даже не посвященному в таинство звука…

Женщины — паломницы чаще всего твердят в трудный час мантру Белой Тары — «ОМ-ТАРЕ-ТУТ-ТАРЕ-ТУРЕ- ВААХА». Эта Тара — персональная защитница слабого пола во всей их нелёгкой жизни. К ней они обращают свои молитвы и на перевале…

Наконец, паломники на вершине. Перевал Долма Ла очень красив: на фоне заснеженных скал высится высокий шест, на множественных тросах-растяжках которого ветер полощет сотни цветных молитвенных флажков. Паломники кричат ветру «Ки-ки…Со-со»!…(пожелания долгой жизни) и бросают вверх пачки тонких разноцветных листовок со священными текстами, называемых — «Лунд Да». Свист ветра, хлопанье флажков, радостные возгласы пилигримов и туристов. Мы сделали это!…

Под шестом тарчока высится большой синий камень,- «Долма До». Когда монах Готсангпа первым искал путь к главному перевалу Коры, он повстречал стаю из 21-го голубого волка. Они, на самом деле, являлись эманацией Долма — — духа перевала. Стая вывела святого путника на перевал, слилась в одного волка, а тот волшебным образом растворился в синем валуне. Обессиленные после подъёма паломники трижды опползают этот Трон Долма, крича -«Лха Жьяло!»(Боги побеждают!), цепляют свои флажки к тросам-растяжкам, вставляют деньги в камни перевала. Вокруг множество камней, с выбитыми на них изречениями Будды Шакьямуни.

Для паломников — индусов это священное место богини Тары (Парвати). Здесь они проводят ритуал религиозной дружбы. Подружившись на священном перевале, они глубоко уважают и любят такого друга всю жизнь подобно непреходящей любви Шивы и Парвати. Они призывают Шиву и Парвати не разрывать их дружбу и молятся, чтобы покуда на Кайласе лежит снег, а в озере Манасаровар остается святая вода, их дружба оставалась прежней.

К востоку от Дролма Ла находятся 5 вершин, которые считаются обиталищем богинь Тшеринг Чхе Нга (5 сестер), а рядом — маленькое круглое ледниковое озеро «Тудже Ченпо»(«Гаури Кунд» -5608м), с бело-голубой водой, где они купались. Тело старшей из богинь белого цвета, она улыбается, но ее настроение в одно мгновение может поменяться. У нее одно лицо с тремя глазами и две руки. В правой руке она держит девятиконечную золотую ваджру, в левой, около груди, — сосуд с нектаром. Она сидит верхом на белой львице.

Вторая богиня — голубая. Она держит волшебное зеркало и палочку с вымпелами и восседает на диком осле. Справа появляется желтая богиня. В ее правой руке — сосуд с пищей, а левую она держит на манер жеста дарения. Она сидит на тигре с золотой шерстью. Сзади — красная богиня. В ее правой руке — ларец с драгоценностями, в левой — драгоценный камень. Она сидит верхом на лани с шерстью цвета красного коралла. Слева — зеленая богиня. Она держит пучок травы durva и змеиный силок и восседает на зеленом драконе. Все богини одеты в желковые одежды, украшенные драгоценными камнями и орнаментами. Они являются защитницами гор Джомолунгма, Гауришанкар и Кайлас.

Озеро очень святое, но в нём можно купаться любому, кто не боится холода. Поломники индусы раскалывают прибрежный лёд и нагими проводят ритуальные омовения-купания. Тибетцы ищут их благословения, собирая в ладошки и выпивая воду, стекающую по волосам индусов. Таким способом они отдают дань уважения жителям родины буддизма.

Спуск с перевала даётся с большим трудом. Тропы почти нет. Крутое нагромождение громадных острых камней с резким сбросом высоты занимает не менее часа..

Но внизу путников ждёт зелёная долина реки Лхам-Чу, опоясывающая Кайлас с востока. Они вновь садятся на отдых: едят, спят, моются… Есть здесь и палатка, предлагающая чай и простую еду для бесконечно уставших туристов. А паломники счастливы: их духовная и физическая цель достигнута: до конца маршрута — 5 часов относительно лёгкого пути и главное сделано. Над их головами со свистом проносятся огромные бородачи-ягнятники. Они спешат напиться после сытной трапезы в местах смерти

С левого берега реки видно восточное, «ледяное» лицо священной горы. Оно круглое и выпуклое, как огромный шатёр. Ледники заснежили её матовым белым саваном. Здесь третье священное место для поклонения горе. Тут же на скале и третий след-отпечаток стопы Будды. Но если Вам не хочется дважды переходить реку в брод, то лучше сразу после перевала идти всё время её правым берегом.

Скоро виден и третий монастырь на тропе Коры — Зутулпак (Пещера чуда). Сама пещера находится в задней части главного молельного зала монастыря. В ней когда-то медитировал Миларепа. И тут есть легенда, о противостоянии его с бонским жрецом Наро Бончунгом. Однажды, когда они соревновались в беге вокруг Кайласа, их застал дождь. Жрец стал строить стены для убежища, а Миларепа поднял камень и положил его на два скальных уступа, как крышу. Но, приют оказался слишком низким. Тогда поэт изогнулся и ногой приподнял камень на следующий уступ. Бонский жрец и тут опоздал. На закопчёном потолке пещеры остались отпечатки рук и ноги Миларепы и камень, на котором он тут сидел. На стене напротив- его силуэт, самопроявившийся на золотом фоне. Каменная колонна у входа,- это остаток 2-х метрового посоха Миларепы.

Монастырь построен в 1220 году и в период культурной революции его 5 раз пытались взорвать китайцы. Однако пещера появлялась вновь и вновь на прежнем месте. А на горе выше монастыря есть ещё одно место для «похорон на небо», окружённое десятком пещер монахов-отшельников.

Вообще-то иностранцам категорически запрещено присутствовать на таинстве подобных похорон. Однако, в 2002 году одному из авторов книги удалось это сделать. Вот его рассказ:

«Тело пожилого немца-буддиста, умершего вчера на перевале, привезли на лошади к монастырю Зутул-пак и подняли на скалу, являющуюся местом для «похорон на небо».

Я рассказал ламе-настоятелю монастыря, что являюсь врачом, что учился в Центре тибетской медицины г.Манали (Индийская долина Спити), что изучал законы строения тела в гималайском монастыре Комик, что участвовал в ритуальных сожжениях мёртвых у храма Пашупатинат на берегах священной реки Багмати.

Учитывая, что умерший был европейцем, мне разрешили принять участие в ритуальной церемонии.

Монахи-рагьябы положили тело на большой плоский камень, на котором были выбиты стоки-жёлоба для крови, образующие слова гуру Пхадампа Сангая из текстов Данджура: — «Прекрасны цветы летом, но они увядают и умирают в осенние дни. Так и это бренное тело цветёт, а затем исчезает».

Ламы затрубили в огромные трубы-рагдонги и на их низкий вой к окрестным скалам стали слетаться огромные орлы-ягнятники. Словно зрители по билетам, они чинно занимали свои определённые места и неподвижно ждали.

Тело было рассечено от макушки — вниз и «развёрнуто» на две равные части. От скалы отделился вожак стаи и неторопливо подойдя, стал клевать сердце. Следом за ним подошла другая, видимо, вторая по рангу птица и стала выклёвывать печень. И только спустя полчаса, к похоронной трапезе присоединились и другие птицы.

Всё это время монахи читали священные тексты из Тибетской книги мёртвых и подбрасывали ветки пахучего можжевельника на тлеющий аргал.

Когда мягкие ткани трупа были съедены птицами, рагьябы истолкли кости на большом каменном жёрнове и смешали с тестом тсампы.

Птицы сделали «второй подход» и, практически полностью склевав и это угощение, неторопливо расселись на окружающих гребнях.

Спустя 3 часа всё было закончено… Умершая плоть дала новую жизнь…»

И при этом монастыре есть гестхаус, где можно недорого переночевать и поесть.

Долина, по которой идёт тропа Коры идёт дальше становится всё шире и шире. Внизу раскинулись нескончаемые просторы плато Барка. Вдали уже блестят в лучах заходящего солнца зеркала озёр Маносаровар и Ракшас-Тал, сияют белые зубья хребта Занкар Ранга и пики великолепной г.Гурла Мандата. Ещё два-три часа хода и Большая Кора заканчивается там же, где и начиналась — в посёлке Дарчен. Вы сделели это!!!

Автор — А.Редько